June 2nd, 2014

Про 22 июня 41-го

Я могу поверить, что ошиблись с годом начала войны. Могу поверить, что ошиблись с месяцем. Могу поверить, что не успели провести мобилизацию. Могу поверить, что противник упредил с развертыванием. Могу даже поверить, что боялись "провокации".

Но я никогда не поверю, что в последние дни перед войной ставка не знала о ней. Невозможно скрыть передвижение к границе танковых масс и авиации. Для обнаружения этого не нужны разведчики уровня Зорге, чьи сообщения в равной мере и уникальны, и сомнительны. Передвижение огромных масс танков по жд, перелеты авиации в небе - может обнаружить любой местный житель, по ту сторону границы. Это вещи, которые в принципе невозможно скрыть.

Если бы для Красной армии неожиданностью оказался 41 год, или хотя бы июнь 41-го года, это можно было бы объяснить без привлечения конспирологии. Но 22 июня 1941-го года нельзя объяснить без привлечения конспирологии. Нельзя в принципе - как ни старайся, год и месяц еще могли быть потеряны, но вот неделя и день  - однозначно были слиты.

Упреждением в развертывании можно объяснить не подошедшие к границе эшелоны. На это нужно много времени. Боязнью спровоцировать немцев (хотя, на что спровоцировать - если те якобы не собирались напасть?) можно объяснить загодя не выведенные на границу войска.

Но чем можно объяснить незаправленные самолеты с незагруженным боекомплектом? Чем можно объяснить панику и неожиданную бомбежку/артобстрел? Чем можно объяснить то, что войска не находятся в боевой готовности? Чем можно объяснить отсутствие на границе (а лучше за ней) радистов-разведчиков, готовых предупредить своих о моменте начала войны, о массовом переходе противником границы и перелете ее авиацией? Чем можно объяснить незаминированные мосты - уж это-то вряд ли могло спровоцировать немцев, даже если бы те ухитрились узнать - мосты ведь не минируют перед собственным наступлением?