greenorc (greenorc) wrote,
greenorc
greenorc

Category:

Лестница в ад

Иисус же, подозвав их, сказал: вы знаете, что князья народов господствуют над ними, и вельможи властвуют ими; но между вами да не будет так



Продолжу свои комментарии по поводу замечательной хазинско-щегловской "Лестницы в небо". Сегодня речь пойдет о самом главном, о власти, и я боюсь, что мне придется с авторами книги немного поспорить.

Вот как они формулируют смысл термина "власть" в начале книги:

"(...) Власть с большой буквы, означающую сферу общественной деятельности, и власть с маленькой буквы, означающую возможность отдельного человека навязать свое решение всем остальным."

А ближе к концу книги авторы описывают следующий эффект: если в обществе, погруженном в хаос и беспорядки (революция, гражданская война, бандитизм) появляется единая твердая власть, то количество насилия в обществе закономерно уменьшается. Таким образом, авторы даже противопоставляют власть и насилие, говоря что власть насилие побеждает. С практической точки зрения, на бытовом уровне изложения, это действительно выглядит так (пришла сильная власть, прекратила бандитизм, насилия стало меньше, трупов стало меньше и тд), но по существу это выражение некорректно.



Следует отметить, что Хазин со Щегловым позиционируют свою книгу как практический учебник для желающих добиться власти, и потому укорять их в недостаточном анализе власти как самостоятельного явления было бы несправедливо. Достаточно сказать, что вышеприведенное определение власти в книге помещено в примечании (!) — то есть авторы, по сути, приводят его мимоходом, как бы подразумевая, что мол каждому понятно, что такое власть, так давайте лучше поговорим о том, как она работает и как вам лично ее добиться.
Поэтому прошу не воспринимать данный текст как некую претензию к качеству материала, изложенного в "Лестнице". Полагаю, со своей задачей книга справляется :)

-------

Итак, приступим. Я ничего не имею против авторского определения Власти с большой буквы, как сферы деятельности. А вот властью как явлением, властью с маленькой буквы, которую авторы, напомню, определяют как "возможность отдельного человека навязать свое решение всем остальным" — вот ей мы сейчас займемся.

Авторы пишут (впрочем это общеизвестно), что обладание властью — это особый и самый сильный род наслаждения, вызывающий вдобавок зависимость сродни наркотической.

Возникает вопрос: а собственно, почему возможность навязать свое решение другим является наслаждением, а привычка к этой возможности — превращается в наркотик?

Обратите внимание, что наслаждением здесь дает не конечный результат навязывания своего решения, а сам процесс навязывания. То есть удовольствие от власти заключается не в том, что человек может с помощью власти обеспечить себе, например, роскошную жизнь. Богатство, роскошь, или например слава — это совсем другое. Знаменитый артист или скажем футболист может иметь и богатство и славу, а неприметный и совершеннно неизвестный общественности майор ФСБ может жить на одну зарплату — но при этом у артиста или футболиста власти нет, а у майора она есть. И она остается властью даже тогда, когда, предположим нет возможности (а порой даже и желания!) конвертировать ее в богатство или славу.

Один из самых известных и успешных людей власти — Иосиф Сталин — был, как известно, бессребреником и вообще человеком, далеким от использования власти во вторичных (корыстных, например) целях. Однако саму власть он, безусловно, любил.

То есть можно сказать, что условному рафинированному властолюбцу могут быть даже не нужны никакие прочие удовольствия, за исключением власти. И тут мы подходим к ключевому вопросу — а в чем тогда заключается это удовольствие? А заключается оно в двух вещах:
- В ощущении от подчинения других своей воле;
- В ощущении от своего (более высокого) статуса в сравнении со статусом других.


Как вы увидите ниже, оба эти удовольствия на самом деле имеют одну природу.

-----

Рассмотрим пристальнее удовольствие от подчинения других своей воле.

Я люблю наглядность и буду, как обычно, использовать бытовые примеры для простоты изложения. Сравним между собой ряд ситуаций, в которых один человек подчиняется решению другого. Обратите внимания, какие явления в них нарастают, а какие убывают от А к Д:

Ситуация А.
Группа друзей встретилась вечером в баре. Один из них говорит другому, сидящему с краю стола:
— Вась, будь другом, закажи нам, пожалуйста, еще пивка!
Вася соглашается и идет к барной стойке за пивом.

Ситуация Б.
Группа альпинистов-новичков идет по маршруту. Руководитель группы, опытный альпинист, на привале объявляет свое решение:
— Ребята, погода резко ухудшилась, по первоначальному маршруту идти слишком рискованно. Мы меняем план и пойдем по маршруту Б!
Ребята соглашаются и группа идет другим маршрутом.

Ситуация В.
Отряд солдат на передовой. Командир объявляет бойцам свой приказ:
— Через час мы атакуем вон ту высотку. Вася, твоя задача подползти с гранатой прямо к вражескому пулеметчику.
Солдаты подчиняются и идут в атаку.

Ситуация Г.
Бандит говорит коммерсу: будешь заносить мне 20000$ в месяц, понял, в натуре?!
Коммерс подчиняется и исправно заносит бабло.

Ситуация Д.
Маньяк говорит связанной жертве:
— Сейчас я буду отрезать от тебя по кусочку мяса.
Жертва, не имея возможности сопротивляться, вынуждена терпеть.



Сначала о том, что убывает сверху вниз.
Во-первых, самое очевидное, убывает возможность воспротивиться воле того, кто принимает решение. В ситуации А это можно сделать легко и непринужденно, чем дальше тем сложнее и рискованнее, а в ситуации Д отказ невозможен физически.

Во-вторых, и это самое интересное, сверху внизу у нас убывает мотивация того, кто подчиняется чужому решению. Смотрите, в ситуации А наш Вася даже рад сходить друзьям и себе самому за пивом. Последний случай, когда мотивация еще есть, хотя приказ уже крайне неприятен, это ситуация В с солдатами.
В ситуации Г с бандитом коммерс подчиняется исключительно из страха, никакой добровольной мотивации уже нет. Однако, присутствует еще страх как мотив, то есть коммерс все же сам, пусть и вынужденно, несет деньги бандиту.
В ситуации Д мотивация вообще уже неважна, потому что жертва "хорошо зафиксирована" (с).
То есть в двух последних случаях, решение одного выполняется полностью вопреки воле другого. Это очень важно, потому что именно это и есть тот элемент, который доставляет непосредственное удовольствие от власти.

А что у нас растет от ситуации к ситуации, сверху вниз? Растет уровень насилия. В ситуациях А и Б у нас нет насилия. Там есть лишь управление. Но управление еще необязательно означает возможность насилия. Права на насилие, на принуждение, у руководителя альпинистов еще нет, в отличие от ситуации В с солдатами — командир которых имеет право на принуждение. Однако, без крайней нужды командир не станет угрожать солдатам насилием — во-первых, он может столкнуться с риском ответного насилия, а во-вторых, его задача в том, чтобы управлять вооруженными бойцами не принуждением, а за счет их чувства долга перед Родиной.

Далее в ситуации Г с бандитом мы имеем уже откровенное насилие, но применяемое пока лишь в качестве угрозы.
И наконец в ситуации Д с маньяком, им применяется к жертве уже не угроза насилия, а само насилие непосредственно.


А теперь скажите, глядя на вышеуказанные ситуации — в какой из них больше власти человека над человеком? Ответ, полагаю, очевиден — власть растет сверху вниз, и она прямо связана с насилием. В первых двух ситуациях власти еще нет, а далее она нарастает и наконец в ситуации Д у маньяка есть абсолютная власть над жертвой.

(Вы можете возразить — разве в ситуации Б у руководителя альпинистов нет власти над ними? Ведь он же отдает им приказы, и они подчиняются?
Да, отдает, но он не может применить насилие в случае отказа. Не может навязать свое решение остальным. То есть это на самом деле не приказы - ну представьте, что руководитель заявит "я приказываю вам разбить лагерь здесь!". Это будет воспринято как хамство. Члены группы подчиняются ему лишь потому, что сами так решили, то есть они доверяют ему как авторитету. Однако любой из них может развернуться и уйти, и ему за это ничего не будет.
Справедливости ради замечу, что вопрос этот тонкий и вполне можно представить себе властного руководителя группы, подавляющего волю участников вопреки их фактической независимости от него. Так что, при желании, вы можете считать, что толика власти и здесь присутствует. Однако насилие, чтобы принудить к чему-либо человека вопреки его воле, здесь возможно разве что психологическое, и то лишь в отношении слабохарактерных участников похода).



Далее, интересный момент: во всех ситуациях, кроме последней с маньяком, есть управление. То есть везде с помощью просьбы, приказа или шантажа достигаются некоторые цели, ради которых осуществляется управление человека человеком: "Вася, сделай то-то и то-то". Даже для бандита, хотя он и ощущает свою власть над коммерсом и вероятно наслаждается ей, эта власть служит лишь средством достижения иной цели.
Причем, предположим для бандита власть является самоцелью и главным стимулом в жизни, все равно он в нашем примере пользуется ей в целях управления, а удовольствие от власти получает, так сказать, по ходу дела. Это называется "любимая работа" — и деньги приносит, и удовольствие от процесса получаешь.
Ровно то же мы видим в книге "Лестница в небо" — там тоже власть, вроде бы являясь самоцелью, на практике используется лишь как средство управления. Про маньяков там ничего не сказано, а зря.

Ибо только маньяк в ситуации Д потребляет власть в чистом виде. Из чего кстати следует (я уже писал об этом), что никакой он не маньяк, то есть он вовсе не сумасшедший, не одержимый какими-то комплексами и тп. Скорее наоборот, маньяк как раз свободен от комплексов, он просто отдает себе отчет в своих истинных желаниях, в которых большинство людей себе никогда и не признается.


Итак, власть — это возможность осуществлять насилие, а удовольствие от власти — это удовольствие от насилия. То есть сущность власти как явления заключается в садизме.

Насилие может иметь разные степени. На самом слабом уровне это просто выполнение другими людьми ваших распоряжений. Формально, тут вообще нет насилия, просто люди исполняют вашу волю, потому что вынуждены это делать (за деньги или по долгу службы). И даже угроза насилия минимальна — вы конечно можете уволить подчиненного, однако разве же это насилие? Формально нет, однако же другой человек исполняет вашу волю, а не вы — его волю. Вы приказываете, он подчиняется. Его статус ниже, ваш выше.

Многим властолюбцам достаточно и этого. Но в то же время, это лишь одно из блюд власти, и не самое вкусное. Потому что концентрация власти в нем невелика. Чем больше ваша власть над человеком, тем больше вы можете себе позволить в его отношении, тем более неприятные для него вещи вы можете позволить себе сделать. И тем сильнее кайф от власти над ним.


Важно то, что принципиальной разницы между удовольствием от отдачи приказов другому, удовольствием от превосходства в статусе над другим и удовольствием от пытки другого нет. (Ранее я про это уже писал, но повторить в данном случае не грех). Разница не в характере ощущений, а лишь в силе ощущений.

Двигаться по лестнице в ад, переходя от слабых ощущений ко все более сильным, мешает возникающий на определенном уровне барьер, состоящий из общепринятых социальных норм и нравственных убеждений (это все наносное, задается внешней средой по мере воспитания, и сравнительно легко сбрасывается при желании или под действием обстоятельств), а также есть и второй барьер, состоящий из чувства сострадания и любви к другим. Любовь к ближнему и власть над ближним — это собственно чувства-антагонисты и удовольствия-антагонисты.

В случае, когда у человека первый барьер, состоящий из внедренных воспитанием норм, оказывается разрушен (например на войне, а у маньяков зачастую еще в детстве, по причине семейного насилия), жажда власти упирается во второй барьер. Если и второй слаб, то на пути получения удовольствия максимальной силы (прямое насилие, пытки и тп) остается лишь боязнь закона. Однако не всех она способна остановить, особенно если речь о человеке власти, который закону подконтролен много слабее рядового гражданина, а иногда и вовсе от него свободен.


И еще один ракурс: ваша власть над человеком равносильна беспомощности этого человека перед вами. А удовольствие от власти равно удовольствию от беспомощности перед вами. Подозреваю, именно здесь лежит начало педофилии — это вовсе не сексуальная перверсия, это садизм, то есть удовольствие от власти, в его предельной, наивысшей форме. Ибо нет никого беспомощнее ребенка.
Именно поэтому так сильно педофильское лобби во власти — было бы странным, если бы в среде неподконтрольных обществу и закону властолюбцев не были популярны развлечения такого рода.

------

И напоследок вернемся к началу поста и вспомним рассуждения авторов книги о том, что твердая власть, придя на место хаосу, уменьшает количество насилия, и что когда в стране становится больше власти, то становится меньше насилия. То есть у авторов получается, что власть это даже в чем-то хорошо, что как минимум власть это ограничение насилие. Разумеется, это ошибка.
И я надеюсь, теперь понятно, почему. Это все равно что сказать "насилие уменьшает количество насилия" или "чем больше садизма, тем меньше насилия". То есть это абсурдно будет звучать.

В действительности, когда единое центральное правительство приходит на смену разгулу бандитизма, власти становится меньше, а не больше. Потому что власть центральная уничтожает бандитов, имевших полную власть над населением. А приходящие на смену бандитам, силовые органы центральной власти, пусть и сильнее бандитов, имеют над населением власть много меньшую, нежели бандиты. Просто потому, что их центральное правительство жестко ограничивает и контролирует. Они не могут уже бессудно расстреливать, безудержно грабить, насиловать и пытать и тд.

А почему, кстати, центральная власть так поступает? А потому, что целью центральной власти в отношении населения является управление, да еще и с долгосрочными планами на страну и население. А вовсе не власть над ним — в отличие от бандитов. Отсюда оно не заинтересовано в его истреблении, а напротив, старается обычно восстановить социальную и промышленную инфраструктуру.

И оттого получается парадокс, который привел авторов книги к ошибке: ведь власть центрального правительства сильнее, чем власть бандитов. А значит и власти стало больше?
Да, власть стала сильнее, и она могла бы затерроризировать население сильнее всяких бандитов, вот тогда власти стало бы больше. Но власти это не нужно, она себя и своих представителей добровольно ограничивает в праве насилия над населением.

То есть, с "приходом твердой власти" и окончанием хаоса вырастает не количество власти, а количество управления. Количество порядка. Власть же лишь централизуется, а вот ее количество в обществе снижается.


На этом, пожалуй, все про сущность власти. Хотя к теме книги я еще вернусь.

АП. Продолжение здесь.

------

ПС.
Посты на тему "Лестницы в небо":
http://greenorc.livejournal.com/854545.html
http://greenorc.livejournal.com/861670.html


Посты на близкую тему:

О маньяках http://greenorc.livejournal.com/754083.html
еще о них же http://greenorc.livejournal.com/755387.html

Tags: политика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 15 comments